Что желательно знать и уметь до армииБез сомнения, подготовка к военной службе начинается еще на гражданке. Вся подготовка должна происходить постепенно, в освоении новых полезных навыков и изучении устава. Готовиться в последний день бессмысленно. Старшие члены семьи, которые служили в армии, помогут вам в подготовке. Расскажут о необходимых в службе вещах и будут способствовать вашим тренировкам.

Первое, что следует учесть - это навык общения. Коммуникация с новыми людьми очень важна, так как вам предстоит провести длительное время в их коллективе. Устанавливать контакты с людьми нас учат еще со школьной скамьи. Все люди разные, разное воспитание, разные интересы и условия жизни. Естественно, что воспитание играет решающую роль в становлении личности, так же как и личные интересы человека. Поэтому важно уметь находить общую точку зрения, компромисс, уважать мнение других и не провоцировать на конфликт. Так же следует помнить, что обижаться по пустякам – ребячество, которое следует оставить позади. Злые шутки, подколы, оскорбления и подобное не должны вызывать проявления агрессии. Надо уметь обходить это, сводить к шутке, чтобы в дальнейшем не возникало подобных ситуаций. Кроме этого немаловажными упражнениями подготовки к службе в армии являются физические упражнения. Подтягивания на перекладине, отжимания, бег и выносливость – одни из навыков, которые можно развить самостоятельно в течение некоторого количества времени. Стандартные нормы для солдат – это 10-15 подтягиваний на перекладине и 30-40 отжиманий от пола из упора лежа.

 

12 июля 1943 года советские войска отбили атаку немецко-фашистских войск. В широком поле, возле деревни Прохоровка, встретились две огромные танковые армии, общая численность танков превышала 1 200 единиц. Бой длился с утра до вечера, и советские войска одержали хоть трудную, но уверенную победу.

Так обычно описывается это сражение в советских учебниках, оттуда описание перекочевало и во многие российские учебники. Что самое интересное, в самом описании нет ни слова неправды. А что еще интереснее, если брать не отдельные слова, смысл, то мы не найдем и слова правды. Да, советские войска победили, да, битва была в поле, да, число танков превышало 1 200 единиц, да, все это так, но... Курская дуга представляла собой участок фронта, выгнутый в сторона фашистских войск, по сути плацдарм советской армии. А теперь давайте разберемся, что же такое плацдарм с точки зрения военной науки. Враг может атаковать с 3 сторон, защищать плацдарм всегда очень сложно, часто вообще невозможно. То есть статически, стратегически, сторона, обладающая плацдармом находится в невыгодном положении. Но динамически, тактически, она обладает большим преимуществом. Оно заключается в том, что и атаковать с плацдарма можно несколько точек обороны противника, некоторые даже с тыла. Кроме того, противник должен перестроить свои порядки, чтобы захватить плацдарм, так как игнорировать его нельзя. Итак, мы пришли к правильному и логичному выводу: сторона, обладающая плацдармом, должна или атаковать, или заминировать плацдарм и уходить. Советские войска не сделали ни того, ни другого. Они решили защищать Курскую дугу, и, измотав наступающие войска немцев, мощным контрударом разбить вражеские армии, освободив от оккупации большую территорию. План атаки вермахта, в общих чертах, советским войскам был известен: партизаны перехватили и передали его советскому руководству.

Советская оборона представляла собой три линии окопов, бункеров и ДЗОТов (долговременных замаскированных огневых точек). Наступать немцы должны были с юга и с севера. Однако 4 июля, за день до наступления, из Берлина последовал приказ: немедленно две панзер дивизии (танковые дивизии) отправить в Италию, где войска Муссолини терпели поражение за поражением от местных отрядов итальянского Сопротивления. С северного направления атаки была отозвана легкая танковая дивизия, усиленная ремонтной бригадой (до Италии путь долог, а через 3-4 дня к атакующим войскам должна была подойти ремонтная бригада с другого фронта) и танковая дивизия (в основном PZ-IV) c южного направления атаки. В ночь на 5 число советские войска провели артобстрел немецких позиций. Стреляли в основном по кустам, потери фашистских войск были минимальны, но германские офицеры поняли, что советские войска знают о предстоящем наступлении. Принимая во внимание это, а так же отправку двух панзер дивизий в Италию, многие склонялись отложить наступление. Однако рано утром поступил приказ: наступление начинать по заранее одобренному (известному советским войскам) плану.

{jumi [*3]}Немцы собрали на Курской дуге чуть больше тысячи танков (PZ-III, PZ-IV, PZ-V "пантера" и PZ-VI "тигр"). PZ-I и PZ-II, которые сами немцы называли "картонными коробками", в расчет можно не брать. Бывали такие случаи, когда пуля из автомата, выпущенная в упор, пробивала лобовую броню этого танка, убивала танкиста, пробивала броню танка сзади и убивала бегущего за танком немецкого пехотинца. После отправки двух дивизий в Италию у немцев осталась примерно 1000 танков. Все "пантеры", числом 250 единиц, были собраны на северном направлении в отдельный танковый корпус. "Тигры", числом 150, стояли на южном направлении. Около 600 PZ-III и PZ-IV и 50 "Элефантов", или, как они по-другому назывались, "Фердинанады" были примерно в равном количестве сосредоточены на обоих направлениях наступления. Предполагалась, сначала пойдут в атаку средние танки северного корпуса. Через три часа атакуют южный корпус, так же силами средних танков PZ-III и PZ-IV. "Пантеры" в это время марш-броском обходят позиции советских войск и бьют им во фланг. И когда советское командование решит, что основное наступление идет с севера, а южное направление лишь отвлекающий маневр, на сцену выступят эсесовские панзер дивизии. Всего у Германии было 4 панзер-СС дивизии, три из них стояло на южном направлении Курской дуги.

В результате того, что две танковые дивизии ушли в Италию, наступление позже, чем планировалось и северный и южный корпуса ударили одновременно. Многие из «пантер», собранных под Курском, недавно сошли с конвейера и у них были определенные недоработки. Так как ремонтная бригада ушла, а танкисты в большинстве своем не ездили раньше на таких машинах, около 40 «пантер» по техническим причинам не смогли принять участие в бою. Легкие танки должны были идти перед корпусом «пантер», должен был разведать дорогу для главной ударной силы северного направления. Легкая танковая дивизия была так же направлена в Италию, не хватало сил для первоначального удара, не то что для разведки. В итоге «пантеры» наткнулись на минное поле, от 50 до 70 машин было выведено из строя. После того как из 250 машин осталось около 150, командование решило отказаться от плана обхода и атаки с фланга «пантерами», они были вынуждены атаковать советские позиции в лоб. В результате на северном направлении немцы не взяли даже первой линии обороны из трех. А что же было на южном?

Так как дивизия, состоящая из PZ-IV, была отправлена в Италию, панзер-СС дивизиям пришлось не ждать решающего момента, а наступать в открытую с самого первого дня операции. На южном направлении атака немецких войск была крайне удачна, две линии советской обороны были сломлены, хоть и с жестокими боями, хоть и с большими потерями, но были сломлены. Третья линия еще оборонялась. Если бы она пала, панзер дивизии буквально раскатали бы северные линии обороны, атаковав их с тылу. Войска соседних советских фронтов, в частности Степного, были заметно слабее, чем армии, оборонявшие Курскую дугу, кроме того, в случае успеха здесь немцы были готовы наступать по всему фронту, можно утверждать, что победа в Курском сражении поставило бы советские войска перед нелегкой задачей. Немцы могли бы наступать на Москву, Атаковать Сталинград или просто двигаться прямо к Воронежу и Саратову, дабы там перерезать Волгу и создать обороноспособную позицию в тылу советских войск.

{jumi [*3]}10 июля немцы вышли к третьей линии обороны советских войск. Были сняты части, защищавшие третью линию северной обороны, и спешно брошены на юг. Немцы на юге первоначально атаковали в районе городке Обоянь, затем перенесли основной удар на участок советской обороны, проходящий через речку Псел. Именно здесь 12 июля две советские армии, 5-я танковая и 5-я общевойсковая гвардейская, атаковали три немецкие панзер-СС дивизии. Советская танковая армия, по штату, состояла из 4 дивизий. В каждой дивизии – 200 танков. В общевойсковой армии так же была танковая дивизия. Итого, с учетом сил обороняющих участок под Прохоровкой, СССР сосредоточил на этом участке фронта около 1200 танков. Именно поэтому во всех учебниках написано, что в сражении участвовало БОЛЕЕ 1200 единиц техники – 1200 со стороны Советского Союза плюс танки со стороны вермахта. Давайте разберемся, сколько же танков было у немцев.

Немецкая панзер дивизия по штату состоит из 10 рот, которые объединены в 3 батальона (по три роты) и отдельную роту. Первый батальон состоял из легких PZ-I и PZ-II и выполнял в основном разведывательные функции. Второй и третий батальон составляли основную ударную силу (PZ-III и PZ-IV). 10-я отдельная рота оснащалась «пантерами» и «тиграми». В каждой роте по штату было 10 единиц техники, итого на дивизию 120 танков. Панзер-СС дивизии состояли из 150 танков. По донесениям немецких офицеров, к 12 июля, на восьмой день наступления, в войсках оставалось от 30% до 50% личного состава и техники. Итого к моменту начала сражения под Прохоровкой корпус панзер-СС насчитывал около 180 танков. Это примерно в 6,5 раз меньше чем было советских танков.

Проходи Великая Танковая Битва в чистом поле, то и полностью укомплектованные панзер-СС дивизии не выстояли бы перед числом советских танков, но дело в том, что место сражения, проходившего между деревней Прохоровка и колхозом «Ударник», ограничивалось, с одной стороны, излучиной реки Псел, а с другой железнодорожной насыпью. Ширина поля была от 6 до 8 километров. Согласно военной науке, дистанция между наступающими танками должна составлять около 100 метров. При уменьшении в два раза эффективность наступления увеличивается в полтора раза, а потери – в три. Поле боя было не только узким, но и изрезанным оврагами и ручьями. Потому можно смело утверждать, что одновременно в бою принимало участие не более 150 единиц техники. Несмотря на огромное численное превосходство советских войск, сражение велось практически «один на один». Отличие заключалось в том, что резервы вермахта, в отличие от резервов Ставки, были сильно ограничены.

Со стороны Германии в бою участвовали только три панзер-СС дивизии (всего таких дивизий было 4): «Leibstandarte Adolf Hitler», «Das Reich» и «Totencopf» («Мертвая голова»). Сражение длилось с утра до вечера, советские войска потеряли около 900 танков, панзер-СС корпус около 150, в 6 раз меньше. Вечером 30 оставшихся немецких танков, видя безнадежность дальнейшего боя, отступили. 300 Советских танков не решились их преследовать.

Так закончилось Великое Танковое Сражение.

Несколько тяжеловатая голова от вчерашней щедрой сельской застолья-провожанкы в армию, еврей-цирюльник, что в военкомате постриг наголо мою голову, а за символическую плату, пожелал благополучия, причем, количество благ, включая стать генералом, была прямо - пропорциональная той необязательной платы, которую для смеха и бравады платили цирюльнике новобранцы. Мой гребень, также для смеха прошелся по необычно лись моей голове раз - полетел в траву, напутственные слова матери, ее крестное знамение вслед, увиденные впервые слезы моего отца, когда я ступил на подножку автобуса, который должен повезти меня в Ее Величество Советскую Армию - все это осталось позади, в том периоде жизни, который именуется «в армию». Тот переходный момент от гражданского до военного жизни навсегда остается в памяти новобранца. Как важная веха в жизни, как «первый раз в первый класс», первый робкий поцелуй, первый рабочий день на первом рабочем месте, первая зарплата, собственную свадьбу. В этом рассказе-исповеди я постараюсь как можно подробнее передать свои впечатления от первых своих шагов в новой для себя ипостаси - почетной обязательной миссии защитника Отечества, солдата срочной службы весеннего призыва 1978-го.

{jumi [*3]}


Честнейшую херувим и несравненно славнейшая Серафим мощная и несокрушима советская армия приняла меня в свои объятия в Шепетовке на сборном пункте, где тысячи таких как я, ожидали «покупателей». Пройдено еще один «шмон», то есть проверку и экспроприацию неразрешенных вещей, главным образом домашних блюд и хмельных напитков, еще один строгий медосмотр в этом муравейнике, который и армией назвать пока что язык не поворачивается. Типичный алюминиевый громкоговоритель на телеграфном столбе время от времени хрипло выгаркивал фамилии новобранцев, номера команд, где, куда и кому строиться. Вдруг слышу и свою фамилию среди десятка других, которым необходимо снова появиться в медицинской комиссии. Немного странно, ведь вокруг тысячи таких как я, а выбор пал именно на меня и еще нескольких. Однако собрались, стоим перед столом с военными эскулапами в белых халатах поверх мундиров, ждем, прекрасно понимая, что именно здесь каким-то образом решается дальнейшая судьба каждого из нас.
- «Служите хатите»? - Что называется «в лоб» спросил один из военных эскулапов.
- Да, конечно! - Ответили мы, и это было истинной правдой, потому что тогда «откосить» от армии было не в моде, даже слова такого не существовало - «откосить».
- «Не пайдете, берите сваи манатки и дуйте абратно к Папеэте-маме», - огорошив эскулап.
- Как, - смутились мы - ведь дома вечорину сделали? Но нас девушки засмеют!
Многозначная пауза в эскулапов, затем уже другой сказал, показывая по очереди на каждого из нас:
- «У тебя, сынок, сердце, в тебя - печень, у тебя - льогкие» и т.д. и т.п. без указания болезни (конечно, все это было чистой правдой, конечно же вещь, что у каждого из нас были как сердце, так и легкие с печенью, так как, скажите на милость, мог человек без этих органов вообще существовать).
Снова повисла напряженная пауза, во время которой мой мозг стал лихорадочно перебирать варианты, куда бы это отправиться на два года на какую-то комсомольскую стройку, чтобы не позориться в деревне, я для армии непригоден. А письма как писать, чтобы не догадались в селе что они со стройки а не из армии? Вдруг кто-то один из нас молча вынимает из кармана сто рублей и так же молча кладет на стол эскулапам (это уже потом я понял, что, скорее всего, он был «подсадной уткой» для представления примера). Лица в эскулапов просветлели. Затем уже другой торопливо извлекает откуда-то потаенных карманов четвертак, в следующему странным образом полтинник в руках материализовалась, еще один протягивает полсотни, еще сотня засветилась, потом еще и еще. Эскулапы вовсе подобрели и стали размашисто ставить свои подписи в наших бумагах, чего мол не сделаешь, чтобы добрым ребятам не возвращаться с позором домой. Дошла очередь и до меня, растерянно вытягиваю единого «заниканого» и составленного шесть червонца из носка, робко протягиваю военном медицинском светилу, мысленно сетуя на себя, что больше денег брать из дома отказался. Вероятно, о том же думал и «светило», потому недовольно посмотрел на того скомканной червонца в моей руке, сказал:
- «Засунь себе эго в задницу, воина, мать твою так-перетак. Иди и служите нахрен! Салабон »!
{jumi [*3]}Так я и пошел дальше познавать Ее Величество, образцово непорочную советскую армию, но об этом уже в следующем разделе.

«Свой в доску» «литеха» и стадо баранов
Кто более-менее ориентируется в воинских званиях, тот знает, что «литехами» называют не летчиков, а обычных лейтенантов. Именно такой незнакомый лейтенантик появился один прекрасный день перед нашей командой призывников, чтобы отправить нам из Изяславского карантина к месту службы в Группе Советских войск в Германской Демократической в то время Республике. Мы с некоторым страхом ждали строгих требовательных «покупателей», однако «наш» оказался вполне нормальным, даже несколько панибратски молодым офицером. О таких еще говорят «в доску» свой. Не очень там несмотря на субординацию, по дороге в Озерного в Житомирской области, с аэродрома которого мы должны были лететь к месту службы, наш «литеха», не переставая, отвечал на многочисленные наши вопросы об условиях службы в Германии, щедро сыпал неизвестными словечками типа « камрад »,« гаштет »,« автобан », перечислял разные там города: ... Дорф ... бурги и ... Штадт, где ему довелось бывать. Мы, слушая его рассказы, уже прониклись осознанием своего исключительного счастья, будем служить под командованием такого замечательного офицера. А после того, как прибыв на аэродром, «литьоха» отвел нас в сторону, достал ручку, блокнот и по-приятельски предложил нам, у кого есть, по списку временно отдать ему скрыты в нас деньги, пока нас особенно тщательно проверять в таможенной палатке , (ибо не подлежит «шмона») - за него мы готовы были, что называется, в огонь и в воду.
Многие из ребят доставали потаемник «нычек» составлены в несколько раз сотни пятидесятки, четвертаки и тоненькие стопки червонцев, протягивали для «литьохы», то старательно записывал фамилии и суммы, пряча деньги в портфель с документами. Я тоже был вознамерился достать ботинок того самого маминого единственного, которого согласился взять с собой, червонец и зашит под воротник образок Божией Матери, но в последний момент передумал - будь что будет. По сравнению с другими суммами, которые перекочевали в «литехы», не очень велика потеря то мой червонец, это если заставлять разуваться и снимать носки, а образок небольшой и зашит в петлицу хорошо.
Между тем, окончив благотворительную «контрабанду» и выстроившись, «литеха» повел нашу команду к большой брезентовой палатки, с противоположной стороны которой уже виден "наш" белый воздушный лайнер, отдал кому-то какие-то документы и ушел ждать нас у самолета. В той таможенной палатке нас, вопреки ожиданиям, вовсе не «шмонали», только спросили, не имеем с собой запрещенных к вывозу предметов и денег и приказали строиться до посадки.
Огромный аэродром, множество различных самолетов, многим из нас увиденных впервые, заставляли невольно вертеть головами всюдибич, а еще многие вертел головой, ища нашего «литьоху».
- «Ста-а-анавись! Р-р-рня-а-айсь! Смир-р-рна »! - Привел нас в чувство чужое командирский голос, - «К трапу бего-о-ом! ... Какого хрена головами вертите, небось литьоху сваего ищете, Деньга объема дала на сахранение, да? Бараны, такую вашу мать-перемать »!
- Да, отдали, - никуда таить, признавались ребята, - а наш лейтенант «ГДЕ»?
- «В Караганде ваш лейтенант, паехал в свой долбаний Изяслав за очередной партией подобных идиотов», - и уже несколько спокойнее, - «Я сказал, к трапу, сынок, бего-о-ом! Арш »!

Горки сохранились сзади. Дорога, обогнув озеро, вывела на широкую равнину. Как хватал глаз, кругом простирались созревшие хлеба. Беспокоясь от ветра, они подсказывали море, по коему там и сям, наверняка утлые суденышки, показывались комбайны. Посреди необозримого простора они, казалось, не перемещались, потому генерал-майору Захарову удавалось пару минут держать в поле зрения черную точку, покачивающуюся на гребнях высочайшей, в человечий подъем, пшеницы.


Захаров был новеньким человеком в здешних местах, и он не желая того сопоставлял Заполярье, где провел пару лет, с предгорьем Центрального хребта. Куда-то, смахивает в бесконечность, тянулись зеленые строки ленточного бора. Небесной синью пластались на земле озера. Множественные отроги, поросшие высочайшими деревьями, курились крепкой полуденной пеленой, почему, казалось, дрожали, словно озябшие на сильном морозе. Все, собственно он видел и ощущал, — и неизвестный вид, и подогретый ветер, колотящий упругим потоком в открытое окно, и жаркое солнце, висевшее - над лесом, и полевые вагончики, подле которых дымили походные кухни, — уводило думы Захарова от казенных дел. Хотя на некоторое время. Спереди, вблизи с шофером, посиживал командующий войсками округа генерал армии Добров. Он не то спал, нё то о чем-то внимательно мыслил. Захаров не мог знать, отчего командующий в последствии разбора тактических учений пригласил его в собственный темный шестиместный ЗИЛ.

{jumi [*3]}


Захаров напомнил заседание Армейского совета округа, на котором обговаривали результаты зимних учений. С отчетом выступил престарелый, о бритой головой, очень скрытный в суждениях босс штаба генерал-лейтенант Штыков. Он заявлял медлительно, хладнокровно, как-то уж чрезмерно сухо, будто не веровал в то, о нежели докладывал. Данное подмывало Захарова выступить, хотя он удерживал себя (свежий человек в окружении — как следует ли незамедлительно на трибуну!). Тем не менее, корда стартовало рассмотрение доклада, попросил слова, поднялся. Огляделся п произнес обыкновенную для такового совещания фразу:
Товарищ командующий, товарищи члены Армейского совета! — Устроил продолжительную паузу. Тогда Захаров успел услышать, как кое-кто из сидячих в первом либо 3-ем ряду шепнул: «Свежий командующий артиллерией». Захаров откашлялся и продолжал: — Учения войск свидетельством, нам устроить весомые выводы. И для начала о боевых порядках, о физической активности войск в идущем в ногу со временем поединку. Заявляют Захаров желал напрямик заявить: генерал Штыков разговаривает, хотя он дурно знал босса штаба и вовсе не именовал его имена), да, нам заявляют: учения прошли как следует, они проведены в точной согласованности с притязаниями положений устава литр. указаний командования. И на данном ставят точку. Истина, докладчик предпринял попытку продемонстрировать то свежее, собственно внесли данные учения в оперативное умение и стратегию. Но меня самостоятельно данная попытка не удовлетворила.
Штыков покосился на Доброва и, заулыбавшись, начал что-нибудь чертить на листке бумаги. А Захаров продолжал:
— Вопросцы своевременного умения, вопросцы стратегии при свежей боевой технике, атомном и термоядерном оружии выдвигаются на 1 проект. Кто их обязан проэктировать? В академиях на кафедрах? Положим. Хотя данное станет одностороннее усилие: В отсутствии нашей поддержки, в отсутствии поддержки практиков невозможно достичь более правильного решения вопросца. У меня есть некоторые думы на данный счет, и я желаю поделиться ими...

{jumi [*3]}


В следующих концертах кое-кто поддержал Захарова, хотя он видел, собственно его речь нак-то затерялась из числа концертов иных. Позже начали оговаривать события по уменьшению войск, и вот уж ,было не до новейших боевых порядков... Как скоро завершился Армейский совет, Добров подошел к Захарову и провел его в собственный офис.
Они были вдвоем. Генерал армии задался вопросом:
— Длительное время приготовлялись к нынешнему концерту?
— 2 года. — дал ответ Захаров, настораживаясь.
— Так... Я данное ощутил, когда вы начали приводить собственные объяснения. — И неожиданно, как будто о чем-то вспомнив, предложил: — Пишите заметку. Э-э, не боги горшки обжигают, пишите. Кое-кто мне повествовал: в Заполярье вы начали вводить некие новшества и за данное вам сильно попало, истина?

Предательство изначально оскорбительно по своей сути. И не столь важно, кто именно оскорблен, потому что уж больно мерзок сам оскорбитель. Оскорблено наше личное представление о справедливости, чести, долге, благородстве и верности. Предательство рождается аморальностью. Ведь мораль, как таковая, противостоит целесообразности и расчету. Предать можно из явной выгоды и шкурных позывов. Можно даже из идейных интересов, что куда реже встречается. В данном случае ты будешь всего лишь идейным предателем, что классом выше и вроде как провинность твоя меньше. Но все равно предателем и, как следствие - недочеловеком. Почему? Он может быть знатен и силен, богат и храбр и все равно он недоделок. Потому что сознательно отделяет себя от целостности единства, являя миру свой основной признак - неполноценность. Предатель руководствуется только лишь своей эгоистической потребностью и не способен на значительные желания, ощущения и поступки.

{jumi [*3]}


Предать может только свой: друг, близкий, родной. И только свою предают страну, компанию, семью. Чужой ведь не предаст. Он лишь ущемит твои интересы. И страну чужую не предать, но лишь напакостить по силам.
Предателя презирают свои и чужие. Свои понятно почему, а вот чужим то чем насолил? Ведь вот же, я всё вам рассказал и показал, поведал как на духу. Ан нет, чужие тоже измеряют целостность человека моральными принципами. И каждая сторона понимает, что предавший единожды уже не остановится. Предатели живут в полной зависимости и за счет милости сильного. Рабская душонка.
И вот он, самый страшный приговор: предательство никогда и никем не оправдывается. Клеймо раз и навсегда останется на том, кто якобы случайно оступился или же следовал жесткому расчету.


Всем нам известно о трагедии 2-й ударной армии генерала Власова. Армия была уничтожена, а Власов сдался фашистам. Мало того, буквально через несколько дней генерал начал сотрудничать с немцами. Под его командование собрались такие же плененные советские рядовые и офицеры, тем самым образовав боевую единицу, которая воевала и убивала, красноармейцев и не только, вплоть до самого конца войны. Власовцы. Представим на секунду эмоции Власова, которого постоянно закидывали гибельными и взаимоисключающими друг друга приказами, не принимая во внимание его профессиональные аргументы, а когда армию окружили и уничтожили – ему положено было только застрелиться. Дегенераты у власти уничтожили его армию, а теперь он же еще должен себя за это убить. Не захотел он стреляться, смертной ненавистью возненавидев Сталина и Главное командование иже с ним. И все равно, все равно – предательство Власова в истории ничем не оправдывается.

{jumi [*3]}


Почти так же, в 43-м под Сталинградом поступил генерал Паулюс, с той лишь разницей, что сдавшись и перейдя на сторону победителя, не воевал против Германии. Но исправно пропагандировал непобедимость советского строя посредством радио и газет, а также давал показания на Нюрнбергском процессе. Паулюс закончил свою жизнь презираемый даже собственным сыном.
Если не брать во внимание христианство как таковое, особенно православное, можно смело утверждать, что вряд ли когда-либо жил человек, хоть на секунду или самую малость – вовсе никого и ничего ни разу не предав. Но о совести мы поговорим в другой раз.