История российской армии является довольно насыщенной. За более чем тысячу лет в нее вписано немало славных и выдающихся страниц. Хватает, конечно, как чрезмерно мифологизированных, так и неоправданно забытых моментов, и блистательно проведенных операций, и топорных кровавых битв. И как бы ни было прискорбно признавать, но так традиционно повелось, особенно в отечественной официальной историографии, что за редким исключением наша и царская, и Красная Армия, и советская армия пользовалась совершенно варварской тактикой забрасывания врага трупами своих солдат. По сравнению с западными странами жизнь российского солдата ценилась чрезвычайно низко, и поэтому, в основном, мы побеждали своей превосходящей численностью и великой кровью.
Пожалуй, после Семилетней войны (1756 – 1763), крупнейшего военного конфликта XVIII века, да войны со Швецией (1808 – 1809), таких успехов, где мы побеждали бы не числом, а умением, систематически громя противника на его территории, практически не было.
Да и об этих славных страницах почти не известно широким массам, поскольку это как раз таки исключения, подтверждающие грустную правду о том, какой была советская армия, явный упадок в которой наметился еще 200 лет тому назад, сразу же после победы над Наполеоном в войне 1812 года. Вот и получается, что, с одной стороны, это триумфальная победа нашей армии над лучшей в Европе и, без сомнения, первоклассной по тем временам французской армией, но, с другой стороны, это начало развала российской армии. Поскольку введение практики военных поселений, где солдаты были вынуждены заниматься не столько военными науками, сколько крестьянской работой, привело к расхолаживанию армии. И это тут же отразилось в поражении русской армии во время Крымской войны в 1850-е годы, в которой мы проиграли англичанам и французам, невзирая на мужество рядовых солдат и офицеров. Эти события прочно засели в истории российской армии.
Тенденция не изменилась
С тех пор наша тенденция воевать и побеждать количеством только набирала обороты. Соотношение безвозвратных потерь в Первой и Второй Мировых войнах сохранилось тем же, около 7:1 (См.: Соколов Б.В. Вторая мировая: факты и версии. М., 2005.), так что вроде и не скажешь, что по сравнению с царской армией, Красная Армия стала хуже. Но это опасная успокоенность.
Вопрос сейчас не в том, чтобы лишний раз подчеркнуть то, как массовость и героизм низов компенсировали бездарность верхов, и не в желании докопаться в целом ряде объективных и не очень объективных причин, а была ли у нас другая альтернатива в том или ином сражении. Насущный вопрос сейчас в том, чтобы перестать прикрываться иллюзорной ментальностью «страны огромной и непобедимой» и спать сомнамбулическим сном в надежде, что в случае чего возьмем как всегда противника измором, задавим численностью, измотаем его на своих великих и безбрежных российских просторах, как это делала царская армия, да и советская тоже.
Современные уставы
Обстановка современного мира такова, что преимущество в численности не играет никакой роли. Таких предполагаемых противников как НАТО и Китай нам в численности не превзойти, а если не дай Бог, мы поссоримся с ближайшими соседями – Украиной, Белоруссией, Кавказом или Центральной Азией – то уж точно справимся без всеобщей мобилизации.
Нужда российской армии сейчас состоит в высококлассных универсальных солдатах и матросах, что, в принципе, не представляется возможным осуществить без реформирования, которое четко диктует переход армии на контрактную основу.
А все разговоры о дороговизне этого проекта – чистая липа. Это только выглядит как правда, если рассчитывать зарплату и покупку квартир для контрактников-москвичей и питерцев. Но если исходить из достойного уровня зарплаты для молодежи из провинций и несколько отсроченного, но гарантированного предоставления жилья, то станет понятно, что с такими затратами бюджет нашей страны вполне справится.
